РОЗЕНКРЕЙЦЕРСТВО
Ars Magia. Ars Theurgia Ars Thaumaturgia

РОЗЕНКРЕЙЦЕРСТВО

Anima Mundi. Уильям Лилли и Душа Мира — Питер Стокинер

 Anima Mundi


Уильям Лилли и Душа Мира

 


11-го июня 1647 года Уильям Лилли завершил вторую часть своего грандиозного руководства «Христианская Астрология». Подготавливая как себя, так и читателя, к третьей части, коия относится к суждениям о нативах, он пишет:


«Помоги мне, о славный Боже, ибо моя задача трудна и Твой слуга мало разумеет! Немногие, и мало того, вообще никто не был помощником, как я ожидал от какого-нибудь живущего человека (до сих пор не имел содействия), но Тебе желанно через вселенскую Anima Mundi ввести в мой затемненный рассудок, чтобы я мог беспристрастно представить без обмана или мошенничества <…>». (с. 486)


Посредством написания сих строк, делясь своими надеждами и молитвами с читателем, Уильям Лили позволяет нам достаточно глубоко проникнуть в его внутренний мир, исполненный верой. Его же мировоззрение было неотделимо от веры. Лилли родился в 1602 году, и жил в век, когда эра Магии эпохи Ренессанса, Алхимиков, Розенкрейцеров и их первых манифестов, должна была уступить место Веку Разума, ознаменовавшемуся основанием Королевского Общества в 1660 году. Для того, чтобы достичь лучшего понимания воззрений Уильяма Лилли, и рассмотреть их в более расширенном контексте, нам было бы уместно обратиться к самим корням той традиции, к коией был он причастен. И мы можем сделать это, для начала узнав поподробнее о Anima Mundi.


Душа Мира, коия изначально называлась «Psyche tou Kosmou», стала известна в Европе под именем «Anima Mundi». Впервые она была описана Платоном в его диалоге «Тимей», где философ утверждает, что Душа Мира является неотъемлемой частью всего Космоса, по той причине, что Демиург (бог-создатель, согласно Платону) заключил ее в Космос. Таким образом, мы видим, что космос рассматривался в качестве живого существа, а Anima Mundi в отношении него обладала как имманентной, так и трансцендентной природой в одно и то же время.


Марсилио Фичино, прославленный врач и философ-платоник эпохи Ренессанса, много писал относительно Anima Mundi в третьей части своей работы «De vita triplici», написанной в 1489 году. В данной части его работы, названной «Liber De vita coelitus comparanda», или «О обретении Жизни с Небес», главным образом описываются способы привлечения благоприятных небесных влияний, коии, в большинстве случаев, являются Планетарными.


Относительно данного вопроса Фичино пишет следующее:


«Поскольку, согласно соображениям наиболее древних философов-платоников относительно Anima Mundi, Мировая Душа, созижденная в небесах, пребывающая превыше звезд, чисел, а также и всех частей чисел, коии все равно являются, так или иначе, числами определенного рода, и она запечатлевает свои влияния на все эти вещи». (TBL, с. 245)


На фронтисписе сочинения Роберта Фладда «Utriusque Cosmi Maioris», том 1, изданном в Опенхейме в 1617 году, наилучшим образом данная идея выражается в следующем изображении:

Anima Mundi Роберт Фладд



Природа, будучи матерью всех вещей, изображена в качестве обнаженной девы, и она соединяет между собою Небеса и Элементарный Мир. Фладд поясняет, что она являет собою Душу Мира:


«На груди ее – истинное солнце, на животе ее – луна <…> сердце ее придает звездам их свет, а лоно ее, дух луны, является тем фильтром, чрез коий астральные влияния достигают земли».


Роберт Фладд, живший в период между 1574 и 1637 годом, был уважаемым лондонским врачом, а также и универсальным философом и плодовитым автором, чьи труды касались традиции неоплатонизма. Фладд увлекся поисками Розенкрейцеров после того, как знаменитый манифест «Fama Fraternitatis» был опубликован в 1614 году. Он писал сочинения апологетического характера относительно их существования, и хотел быть так же принятым в их Братство. Уильям Лилли упоминает его имя в своей библиографии, прилагаемой к его работе «Христианская Астрология»:


«… и, относительно некоторых других частей его Трудов, в коих он писал касательно Астрологии, его по справедливости можно назвать зерцалом нашего времени, а также и зерцалом Валлийского Народа».


Утверждая, что верит в Anima Mundi, Лилли предоставляет для нас сведение весьма важное, коие дает нам право признать, что он обладал неоплатоническим мировоззрением. Далее это подтверждается тем фактом, что он перечисляет нескольких важных авторов-неоплатоников в своей библиографии. В число книг его личной библиотеки входили такие труды, как «De Vita Triplici» Фичино, «De Summis Naturae Mysteriis» Парацельса и «De Occulta Philosophia» Корнелия Агриппы. Не смотря на то, что данный труд не включен в библиографию, нам известно, что у Лилли была копия «Пикатрикса», труда, основополагающего для магического мировоззрения в Восточной Европе.


Дэвид Пингри приводит интересные детали относительно «Пикатрикса» в своем критической статье, предваряя издание латинского текста данного труда. Он пишет:


«Рукопись M., Лондон, Британская Библиотека, Sloane 3679. 158 страниц. Копия сделана в начале семнадцатого столетия. … Вероятно, рукопись является копией «Пикатрикса», приобретенного Ричардом Наплером (Richard Napier) (или Сэнди Наплер) (1559-1634) из Великого Линфорда. Копия находилась в Букингемшире, у Симона Формана (1552-1611), в 1599 году, или же чуть позже. Копию затем унаследовал его племянник, сэр Ричард Наплер (1607-1676), что имело место быть в 1634, и уже он, согласно записям Элиаса Эшмола (1617-1692), значащимся на с. 158, передал копию Уильяму Лилли (1602-1681): "Сия книга была передана мистеру Лилли сэром Ричардом Наплером. Я обменял данную копию на другую, выполненную в формате in quarto. E. A. (Элиас Эшмол. – прим. Перев.)". («Пикатрикс, с. xix)


Рукопись N. Лондон. Британская Библиотека, Sloane 1302. 153 ff. Вероятно, это и есть рукопись in quarto, которую Эшмол передал Лилли в обмен на рукопись M, и факт этой передачи, вероятно, был записан Эшмолом в его дневнике, запись от 5 января 1648 г. («Пикатрикс», с. xx)».


Другая работа, представляющая для нас интерес, называется «De Septum Secundeis», и коия была написана Иоганном Тритемием, впервые опубликованная в 1508 году. Лилли перевел данное сочинение и опубликовал его вместе со своей работой «Мировая Катастрофа», что имело место быть в 1647 году. Подробнее мы коснемся данного текста чуть позже.


Для начала вновь возвратимся к следующему утверждению Роберта Фладда: «… сердце [сей девы, коия является Anima Mundi], придает звездам их свет, а лоно ее, дух луны, является фильтром, чрез коий все астральные влияния достигают земли».


Итак, эта фраза предоставляет нам возможность проникнуть в мир Небесной Магии. Данная форма магии пребывает между магией естественной и Церемониальной Магией, однако, как пишет Шумахер в его работе «Оккультные Науки в эпоху Ренессанса»: «… она не исключена из естественной магии, поскольку астральные (звездные) силы можно рассматривать как часть природы» (с. 109). В мировоззрении мага эпохи Ренессанса, magia naturalis, или естественная магия, состояла из астрологии, алхимии и работы с природными силами. Она была диаметрально противоположна Церемониальной Магии. В рамках мировоззрения, поддерживающего естественную магию, в особенности гоэтические, а также и теургические практики рассматривались недопустимыми с точки зрения нравственности, и считалось также, что они способны подвергнуть душу оператора опасности чрез заключение им соглашения со злыми демонами. Термин «гоэтия» происходит от греческого слова «goeteia», означающего «волшебство», и относится к заклинанию ангелов и демонов. Это слово в особенности стало пользоваться известностью через распространение в 17 веке Гримуара «Clavicula Salomonis», или «Малого Ключа Соломона». Сей Гримуар был написан в пяти книгах, и содержал описания духов, а также заклинания, коии необходимы для того, чтобы сих духов призвать. Первая книга называется «Ars Goëtia», в ней содержатся имена 72 демонов и формулы для их призвания. Пятая книга называется «Ars Notoria», коию мы обсудим чуть позже.


То, что Лилли был знаком с термином «естественная магия», может быть легко продемонстрировано, если мы процитируем его слова из вступления к «Христианской Астрологии»:


«Без точного знания этого нельзя достичь никакой точности в естественной
магии, а именно в сборе трав или совершении многих других действий». (с. 93)


В своем сочинении «De Vita Triplici» Фичино приводит объяснение тому, каковым образом посредством Anima Mundi становится возможным применение Небесной, или Звездной Магии:


«… Мировая Душа обладает божественными силами, подобными множеству разумов вещей на их зарождающейся стадии, являющихся Идеями, пребывающими в Божественном Уме. Посредством сих зарождающихся разумов она создает точно такое же число видов в материи. Именно по этой причине каждый отдельный вид соответствует, посредством собственного зачатка разума, своей же идее, и зачастую, посредством сего разума, данный вид способен весьма просто получать нечто от идеи, - поскольку в действительности данный вид был создан чрез разум от идеи… И, если должным образом вы воздействуете на вид, или же на некоторую индивидуальную его часть, в таком случае множество вещей, которые, вообще, отделены друг от друга, но соответствуют одной и той же Идее, принесут вам определенный дары от этой Идеи, посредством зачатка разума, существующего в Душе..» (TBL, с. 243)


Данная идея, разумеется, уходит своими корнями в Герметическое учение. Как Дж.Р.С Мид справедливо пишет в отношении этого вопроса в своей работе «Гермес Трижды Величайший», именно Фичино перевел наставления Гермеса чуть ранее, чем в 1471 году.


Именно в приведенном выше, весьма интересном отрывке, мы можем распознать тот самый основополагающий принцип, коий известен астрологам под названием учения о «сущности». Данная концепция обнаруживает себя также в таблице неотъемлемых свойств Лилли.

Астрологическая таблица Уильяма Лилли


Практики традиционной астрологии, вероятно, осведомлены о том, что доктрина о неотъемлемых свойствах, в действительности, основывается на Герметической и неоплатонической философии. Однако обратимся к истолкованию, предлагаемому Фичино:


«Всегда надлежит помнить, тем не менее, что так же, как сила нашей души воздействует на члены нашего тела чрез дух, точно так же и сила Мировой Души распространяется все вещи через квинтэссенцию, коия являет действие свое повсюду, подобно духу, что пребывает в Теле Мира, однако сила эта в особенности пребывает в тех вещах, коии в наибольшей степени вобрали в себя сей дух». (TBL, с. 247)


Здесь мы можем вспомнить о другом представляющем собой важность авторе, Генрихе Корнелиусе Агриппе из Неттесгейма. Мы уже говорили о том, что у Лилли был перевод на английский язык «De Occulta Philosophia», а также и о том, что он показывал знание содержания данного сочинения в своей работе «Христианская Астрология». Агриппа собрал мудрость мыслителей и магов и представил все эти сведения в его беспрецедентной форме в его magnum opus. Более подробное изучение его Трех Книг Оккультной Философии раскрывает нам, что его взгляды были основаны на неоплатонической философии. Мир, согласно Агриппе, делится на три части, коии называются Элементальной, Небесной и Духовной, причем каждая более низшая из частей управляется более высшей. Таким образом, система ступеней или связей в цепи построена таким образом, что силы, или энергии, изливаются из более высших, более чистых, в те, что располагаются ниже. Данная концепция представлена в учении соответствий, и Лилли посвящает главы с VIII по XIV «Христианской Астрологии» именно данному вопросу. Классическая неоплатоническая цепь соответствий включает в себя надлежащего Ангела, Планету, Элемент, животное, растение, металл и камень. Например, соответствия для Сатурна следующие: Кассиэль – Сатурн – Воздух – кошка, заяц, мышь, собака, волк и т.д. – морозник, аконит аптечный, болиголов, папоротник и т.д. – свинец – магнитный железняк, черные камни.


Данное положение приводит нас к следующему представляющему интерес моменту. В своем «Послании к Студенту» Лилли пишет:


«Сколько преимуществ, привилегий и пользы даровал тебе Бог! Ты простер выше небес свои размышления, постижение движения и величины звезд; ты беседуешь с ангелами, да и с самим Богом  <…>».


Если мы посмотрим на данный текст в свете неоплатонической философии, в таком случае мы сможем увидеть, что Лилли воспринял идею относительно ступеней, или звеньев цепи, и применил ее, создав поднимающуюся ввысь цепь, состоящую из звезд, Ангелов и Бога, Коий является Высшей Инстанцией в мироздании. Лилли упоминает Ангелов, и мы также видим, что он пишет касательно них в другом своем сочинении, коие называется «Merlinus Anglicus» от 1676 года, где он утверждает:


« … Не стоит в ходе данных рассуждений упускать из внимания и Вторичные Разумы, то есть управительствующих Ангелов, поскольку о том, чтобы судить о Событиях будущего, включая и то, когда тот или иной Ангел вступил в свое Владычество, сколько лет назад оно началось; в том заключается великая Тайна, и Тритемий со своим измерением времени в данных вопросах в действительности является лучшим из лучших, из всех тех авторов, коии мне известны».


Тритемий в его «De Septem Secundeis», сочинении, переведенном Лилли, описывает «Семь Вторичных Причин Небесных Разумов, управляющих Сферами, над коими главенствует Бог». Он называет их Ангелами, или Духами Планет. Изначально они назывались «даймонами» Планет, как и называет их Фичино в его «Трех Книгах о Жизни»:


« … если он использует вещи, коии относятся к той или иной звезде или даймону, в таком случае он подвергается особенному влиянию данной звезды и даймона. <…> И он подвергается данному влиянию не только чрез лучи, исходящие от сей звезды, и от самого даймона, однако чрез саму Душу Мира. Поскольку разум любой звезды и даймона расцветает в ней». (TBL, с. 245)


Агриппа, на коиего также большое влияние оказал Тритемий, писал о них под тем же названием в своих «Трех Книгах об Оккультной Философии». Следует отметить, что эти даймоны не имеют никоиего отношения к демонам более поздней традиции, не смотря на то, что бытовали споры относительно различий, существующих между ангелами и даймонами, а также относительно их роли. Споры эти были присущи оккультистам и священнослужителям, и они велись с такой живостью, что все это могло бы ввести нас в величайшее по своей силе заблуждение, если бы только мы постарались слишком глубоко проникнуть в рассмотрение данных обсуждений. В своей работе «Оккультные Науки в эпоху Ренессанса» Уэйн Шумахер предоставляет ясное, если не сказать слишком упрощенное, определение интересующему нас понятию:


«… Эти Разумы, как известно каждому современному читателю и без излишних разъяснений, являются духовными существами, посредничающими между Богом и человеком: Ангелами в Христианском мировоззрении, даймонами – в неоплатоническом». (с. 113)


То, что Лилли усматривал в них именно что посредников между Богом и человеком, видно из следующей цитаты, взятой из «Христианской Астрологии» (глава LXXXI. «Получу ли философский камень?»):


«<…> так как сей благословенный дар превыше всех даров на земле, то я полагаю, что это дается весьма немногим, и этим немногим дается скорее через откровение ангелов Божьих, нежели собственным усердием человека». (с. 442)


В 1503 году, пятью годами ранее, чем была опубликована его работа «De Septem Secundeis», Тритемий написал труд под названием «Calendarium naturale magicum» («Календарь естественной магии». – прим. перев.), который хранится в национальной библиотеке Вены; в данном труде показаны изображения Сигил, соответствующих Именам сих Разумов. Фред Геттингс перечисляет их в «Словаре Оккультных, Герметических и Алхимических Сигил»:

Сигилы духов из гримуара Армадель


Как мы можем видеть, имена Планетарных Ангелов идентичны используемым в «De Septem Secundeis», трактате, написанном позже.


Однако уже в 1634 году Лилли должен был иметь представление об Ангелах, когда купил рукопись «Ars Notoria». В своей автобиографии Лилли пишет следующее:


«<…> Весь год, и далее, я провел в одиночестве, и с большим трудом продолжал свои занятия <…> «Ars Notoria», огромный том, написанный на пергаменте, содержащий имена Ангелов и их Изображения, относительно коих мудрецы верят, что они способны учить и наставлять в Семи Вольных Науках, что достигается посредством соблюдения определенного Времени, а также посредством молитв, предназначенных для тех или иных Ангелов. Должен признаться, что использовал сии молитвы согласно словесным формулам и направленности, указанным относительно определенных недель, используя слово «Астрология» вместо «Астрономия», но ничего более. Та версия «Ars Notoria», что Корнелиус Агриппа включил в завершение своей работы, ничего не значит, многие из молитв совершенно иные, а Цели, указанные для тех или иных молитв, не представляются достойными». («Автобиография», с. 41)



Стоит пояснить, что Лилли ведет речь о сочинении Агриппы «Opera Omnia» («Всеобъемлющий Труд»), которое было опубликовано в двух томах примерно в 120 году. В первый том включена четвертая книга «Оккультной Философии», которая на самом деле к Корнелиусу Агриппе не относится, а также «Ars Notoria» (сочинение, написанное Аполлонием Тианским), и другие работы различных авторов. Позже, в 1657 году, Роберт Тернер опубликовал свой перевод «Ars Notoria», очевидно основанный на той версии данного сочинения, что была представлена в «Opera Omnia». Однако, как справедливо замечает Лилли, обе данные версии не включают в себя важнейшие мистические моменты.

Оккультная книга Агриппы и гримуар Ars Notoria



Относительно того, что четвертая книга «Оккультной Философии» принадлежит авторству Агриппы, всегда существовали сомнения, а текстовый анализ, выполненный Уиллом Эрихом Пекертом (Will Erich Peuckert), полностью доказал, что Четвертая Книга была написана псевдо-Агриппой, самозванцем.


«Ars Notoria» является Гримуаром так называемого «Соломонового Цикла», и он тесным образом связан с «Liber Juratus», иногда называемым «Liber Sacratus», другим средневековым Гримуаром. В своей книге «История Магии и Экспериментальной Науки» Торндайк посвящает целую главу Соломону и «Ars Notoria». В данной же главе написано следующее:


«Здесь мы должны вспомнить отрывок из «Града Божьего» Святого Августина, где он пишет о «заклинаниях и словесных формулах, составленных посредством искусства развращенного любопытства, которое они называют магией или же более отвратительным словом – гоэтией, приписывая ему также и достойное название теургии. Они пытаются проводить различия между этими искусствами и осуждают тех людей, которых простой народ называет «malefici» («колдунами»), и которые посвящают свое время запрещенному искусству, называемому ими гоэтией; однако других они хотят восхвалить как причастных к теургии. Однако и те, и другие втянуты в обманчивые ритуалы демонов, которые маскируются под именами ангелов». (Том II, с. 279)

 

Лилли проводил эксперименты с Ангелами из «Ars Notoria» и проводил несколько Магических Операций. Он отмечал следующие проблемы, возникшие у него в ходе выполнения данных Операций:


«…я очень утомлялся от сих занятий, и потому сжег те книги, коии наставляли меня в этих вещах, и с тех пор я подвергся меланхолии, меня поразила сильнейшая ипохондрическая меланхолия, я стал истощаться, и с каждым днем мне становилось все хуже, и потому в 1635 году, поскольку немощь моя возрастала, а также я становился и все более осведомленным о подобных вещах, я принял решение жить в деревне». («Автобиография, с. 43)


Уилльям Лилли, конечно же, мог и сжечь свои книги, относящиеся к темной, гоэтической стороне магии, и от вренулся от заклинаний и некромантии. Однако, полагаясь на те свидетельства, которые мы обретаем из сведений о его библиотеке, а также и на цитаты из его «Христианской Астрологии», а также и других публикаций, мы видим, что он оставался твердо убежденным в Герметической и Неоплатонической доктринах. Как и многие платоники прежде него, он мог преобразовать своих даймонов в ангелов, однако он все еще верил в Anima Mundi. Нам следует понимать, что без основания в виде естественной магии вся его астрологическая концепция могла бы разрушиться. В его сочинении «Merlini Anglici ephemeris», выпущенном в 1651 году, мы находим саму квинтэссенция его веры:


«… Я не боюсь их нареканий в отношении меня или Астрологии, я ищу Бога в собственных же Его словах, и в том не вижу ни Зависти, ни Злобы, ни эгоистических целей, ни высокомерия, ни восстания против глав церкви, ни указаний на то, чтобы чужою Совестью помыкали, ни испытывания духа у тех, на кого снизошел Святой Дух: в Евангелии Иисуса Христа я вижу милостивые, наиболее возвышенные наставления о том, что все наши Действия должны совершаться с любовью, милосердием, кротостью, повиновением, а также послушанием в отношении церковных властей, поскольку они поставлены над нами от Бога». (с. A3)


Библиография:

«Автобиография: Жизнь Уильяма Лилли, студента астрологии, описанная им самим на 66 году жизни сего века, в Гершеме, что в округе Уолтона над Темзой, графство Суррей: propria manu («написано собственною рукою». – прим. перев.) Переписано с оригинала Сью Уорд вместе с примечаниями, комментариями и биографическими заметками, в издание включено приложение Элиаса Эшмола, 1998 и 2009 годы».

Уильям Лилли «Христианская Астрология», издательство Regulus, Лондон 1985 год.

Марсилио Фичино «Три Книги о Жизни», критическое издание Кэрол Каск и Джона Кларка, Аризона, 1998.

«Пикатрикс: латинская версия Гаята Аль-Хакима», под редакцией Дэвида Пингри, Варбургский Институт, Лондон, 1986.

 © Питер Стокингер

перевод © Eric Midnight для Teurgia.Org, 2012 год

Signatura Rerum, О рождении и обозначении всех вещей — Якоб Бёме

† † †

 

Якоб Беме

 

Signatura Rerum, О рождении и обозначении всех вещей

 

 


Содержание:

 

 

Глава I

 

* * * * *


† † †

 

Перевод © Eric Midnight, для журнала «Пламенеющая Звезда» и сайта Teurgia.Org, 2011-2012 гг.

 

Биография Джона Ди — Baal-Hiram

 

Джон Ди

 

 

Джон Ди, (англ. John Dee) родился 13 июля 1527, Тауэр Уард, Лондон, Англия (согласно гороскопу, составленному им самим), умер 26 марта 1609, Мортлэйк, Лондон, Англия) - английский математик, географ, астроном и астролог, один из образованнейших людей своего времени.

Джон Ди был трижды женат и имел восемь детей. Его старший сын, Артур Ди также как и отец - занимался алхимией и Герметической философией. Джон Обри[1] дает следующее описание внешности Ди: «Он был высок и худощав. Он носил халат, подобный тем, что носят художники, с раскрытыми от локтя рукавами и длинным разрезом. Очень ясное, румяное лицо… длинная молочно-белая борода. Очень красивый человек».

Относительно самого мировоззрения Джона Ди можно с уверенностью сказать, что он был набожным христианином, но в его мировоззрении немалую роль играли философские доктрины Герметизма, платонизма и пифагорейства, широко распространившиеся в эпоху Ренессанса.

Относительно религии, своей целью Джон Ди считал преодоление раскола между протестантской и католической церквями путем обращения к незамутненной теологии первых веков христианства и создание, таким образом, всеобщей мировой религии.

Ди верил, что число есть основа и мера всех вещей во Вселенной, и что сотворение мира Господом было «актом исчисления». Из герметической философии Ди вынес представление о том, что человек потенциально способен обрести божественную силу; при этом он верил, что божественности можно достичь, в совершенстве познав математику. Для Джона Ди упражнения в Каббале и вызове Ангелов (которые со многом основаны на гематрии и числовых соответствиях разных языков, геометрии, и переосмыслении многих существовавших во время жизни доктора гримуаров, что будет подробно представлено и объяснено ниже) и углубленные занятия навигацией и другими приложениями математики - нисколько не противоречили друг другу, как мы можем полагать сегодня; напротив, они представляли собой два взаимосвязанных аспекта одной и той же деятельности.

Джон Ди был единственным сыном Роланда Ди, торговавшего тканями, и занимавшего незначительный пост при королевском дворе. Роланд Ди, мелкий, и относительно небогатый дворянин валлийского происхождения, служил при дворе короля Генриха VIII. Его обязанности включали в себя надзор за королевскими кухнями и нарезание мяса за столом короля. Джон Ди с юности гордился своим отдаленным кровным родством с древними королями Уэльса. Фамилия Ди происходит от валлийского «du» - «черный».

Далее, мы представим краткий обзор наиболее важных и примечательных событий жизни Доктора Ди:

С 1535 года он посещал школу в Чельмсфорде, Эссекс; в ноябре 1542 поступил в кэмбриджский Колледж Святого Иоанна, где изучал латынь, древнегреческий, философию, геометрию, арифметику и астрономию. По утверждению биографов, Ди отдавал занятиям по 18 часов в сутки, оставляя себе лишь 4 часа на сон и 2 часа на прием пищи. Главной его страстью была математика. Также увлекался механикой, интересовался картографией и навигацией.

В 1546 году Ди получил степень бакалавра искусств в колледже Святого Иоанна, и позже, в том же году, стал одним из первых Братьев колледжа Святой Троицы, который был основан Генрихом VIII. В короткое время этот Колледж стал самым крупным из колледжей Кембриджа. Там Ди получил звание Мастера Искусств. В том же, 1546-ом году он занялся астрономическими наблюдениями и составлением астрологических прогнозов.
Уже в последние годы обучения в Колледже Святой Троицы (Тринити Колледж) он получил прозвище «колдун», которое с тех пор оставалось с ним до конца жизни. Для студенческой постановки пьесы Аристофана «Мир» он сконструировал механического летающего жука, который поднимал в воздух одного из актеров. Сценический механизм был столь хорош, что многие зрители сочли, что Джон Ди добился этого эффекта с помощью Магии.

Будучи недовольным научной атмосферой в Англии, Ди в 1548—1551 отправился в путешествие по Европе. 24 июня 1548 он прибыл в Лувен, где находился один из крупнейших католических университетов Европы. Там Ди работал в сотрудничестве с Геммой Фризиусом[2] и Герардом Меркатором[3]. Последний вскоре стал его близким другом, Меркатор и Ди вместе конструировали новые модели Вселенной. В Лувене Ди написал два трактата по астрономии.

В 1550 году Ди отправился в Брюссель для знакомства и обмена опытом с брюссельскими математиками. В том же году Ди отправился в Париж, где читал лекции по Началам Эвклида. Несмотря на молодой возраст, Ди показал себя блестящим лектором. Его выступления пользовались огромной популярностью. В следующем, 1551 году Ди получил предложение занять в Париже должность профессора математики, но ответил отказом, что было, скорее всего, продиктовано его верностью Британской Короне.

Вернувшись в Англию, Ди в феврале 1552 года поступил на службу к графу Пемброку, а в конце того же года — к герцогу Нортумберлендскому. На службе у последнего он написал трактат о приливах. В том же году Ди познакомился в Лондоне с Джероламо Кардано: Ди и Кардано вместе занимались проблемой вечного двигателя, а также изучением драгоценного камня, имевшего волшебные свойства.[4]

В 1553 году, после прихода к власти Марии Тюдор, благоволившей к католицизму, в Англии начались репрессии против протестантов. В августе был арестован отец Джона, Роланд Ди. Вскоре он был отпущен на свободу, но его финансовые сбережения были конфискованы. Значительное наследство, которое позволило бы Ди до конца жизни посвятить себя научным изысканиям, не заботясь о пропитании, было потеряно.

Несмотря на серьезные финансовые трудности, Ди в 1554 году отказался от предложения занять должность профессора математики в Оксфордском университете. Причиной отказа послужило недовольство Ди системой образования в Англии, в которой, по его мнению, слишком большой упор делался на преподавание риторики и грамматики (вместе с логикой составлявших академический тривиум) в ущерб более сложным искусствам квадривиума (арифметика, геометрия, музыка и астрономия).

28 мая 1555 года Ди был арестован «за вычисления» - в ту пору занятия математикой иногда рассматривались обществом как нечто, близкое к колдовству. Но, скорей всего, имелись ввиду гороскопы, составленные Джоном Ди для Марии Тюдор и принцессы Елизаветы.  Он показал их Елизавете, находившейся под домашним арестом, и сравнил их в пользу принцессы. Один из шпионов королевы Марии донес на него, как на колдуна, что и послужило, по всей вероятности, истинной причиной ареста. Вскоре Ди было предъявлено также обвинение в государственной измене. Ди предстал перед судом Звездной Палаты и сумел оправдаться. Однако вместо освобождения он был направлен к радикально настроенному католическому епископу Боннеру для религиозного допроса. Ди, протестант по убеждениям, сумел оправдаться и на этот раз и в августе, после трех месяцев заключения, был освобожден . Более того, через некоторое время он стал товарищем «кровавого Боннера». После ареста Ди потерял свои источники дохода; примерно в то же время скончался его отец, не оставив сыну практически никакого наследства. К тому же, теперь Ди приходилось скрывать свое вероисповедание. Ди в силу вышеозначенного понимания своих жизненных задач и целей в отношении религии - всячески дистанцировался от конфликта католиков и протестантов и, судя по всему, был вполне лоялен католическому режиму, подвергшему его суду. Существует однако версия, согласно которой Ди действовал как шпион протестантов при дворе. Неприятности с властью преследовали Ди всю его жизнь.

15 января 1556 года Ди представил королеве Марии Тюдор план учреждения Королевской библиотеки, в которой предполагалось собрать все важные книги по всем отраслям знания. План Ди был отвергнут, и вместо этого ученый принялся за составление личной библиотеки в своем доме в Мортлейке. Несмотря на финансовые затруднения, Ди увлеченно собирал научные труды по всей Европе. Его библиотека, уже при его жизни ставшая крупнейшей в Англии (насчитывала более 4 000 томов), привлекала многих ученых того времени и превратилась в крупнейший научный центр за пределами университетских стен.

В 1558 году после смерти королевы Марии I Тюдор на престол вступила Елизавета Английская, восстановившая в Англии протестантизм. Джон Ди сразу оказался в числе фаворитов новой королевы, что довольно-таки странно, учитывая его сотрудничество с прежним режимом (отсюда предположение о шпионской миссии Ди). Елизавета сделала Ди своим личным астрологом и советником в делах науки; Ди сам назначил наиболее благоприятную дату коронации Елизаветы на основании составленного им гороскопа. Так же, существует версия, гласящая, будто он астрологически вычислил дату ее коронации задолго до того, как умерла Королева Мария Тюдор, и именно из-за такого рода содержания гороскопа Ди подвергся обвинениям в государственной измене, колдовстве и прочем, что послужило причиной ареста и гонений, о которых шла речь выше.
Каковы были подлинные отношения королевы Елизаветы с Джоном Ди – доподлинно неизвестно. Однако, существуют доказательства того, что во время поездок на континент, он занимался шпионажем в пользу королевы. Елизавета называла Ди «мой благородный информатор» и «мои вездесущие глаза». Интересен тот факт, что свои письма королеве он подписывал цифрами «007».

В 1561 году дополнил и расширил «Основы искусств» — знаменитую книгу по математике Роберта Рекорда[5]. В 1564 году подтвердил свой статус «великого волшебника», издав свою самую известную и амбициозную книгу по Каббале, Астрологии и геометрической магии, озаглавленную Monas Hieroglyphica (Иероглифическая Монада[6]). В то же время Ди являлся наставником королевы в оккультных, и не только оккультных науках. Он обучал ее астрологии и астрономии, а так же, позднее, по ее просьбе давал ей частные уроки по тайнам той самой Иероглифической Монады. Открыв Елизавете тайные ключи к пониманию «Монады», он записал в своем дневнике ее реакцию: «После чего Ее Величество внимательно рассмотрела некоторые из них со мною, а затем весьма решительно и царственно мудро одобрила и поддержала меня в моих философских и математических исследованиях» (более подробные сведения о влиянии Джона Ди на мировую политику можно найти в одноименной статье профессора Олега Барабанова[7])

В том же году Ди поселился в Мортлейке (неподалеку от Ричмонда), с тех пор его дом превратился в неформальную академию для последователей Герметизма елизаветинских времен. Здесь были комнаты для хранения научных и магических приборов, помещения для проживания студентов и библиотека, занимавшая около 5 комнат. К этому моменту библиотека Джона Ди охватывала уже все Возрождение и являлась одной из самых больших научных библиотек Европы. В 1570 году написал предисловие к английскому переводу Евклида.

Являлся уполномоченным королевы Елизаветы, которая поручила ему создать "правовое обеспечение" колонизации Северной Америки. В 1576 году вместе с Мартином Фробишером[8] пересек Атлантику в поисках легендарного северного пути на Восток. По неподтвержденным данным (по легенде) во время своего путешествия в Новую Англию, именно Ди создал первую колонию и даже женился на индеанке. Но никаких исторических подтверждений легенды не существует.

В 1577 году была издана его книга «Искусство навигации», в которой выступал за создание постоянно действующего британского флота.

В 1582 году Джон знакомится с Эдвардом Келли, довольно сомнительной и неоднозначной личностью, который, в дальнейшем и сослужил роль посредника между Джоном Ди и Енохианскими Ангелами. Келли сотрудничал с Ди 7 лет, до 1589 года.

В 1583 году реформировал для Англии юлианский календарь и отправился на континент.

В 1584 жил в Праге под покровительством Рудольфа II, императора Священной Римской империи, интересовавшегося герметикой, в 1585 посетил Краков, где объяснил принципы герметической магии королю Польши, в 1586 вернулся в Прагу.

Ди вернулся в Англию в 1589 году, когда окончательно расстался с Эдвардом Келли. За шесть лет его отсутствия библиотека в Мортлейке, в создание которой Ди вложил столько сил и средств, была разворована, многие ценные книги и научные инструменты утрачены.

Вскоре после возвращения Ди познакомился с Томасом Хэрриотом. Вдвоем они обсуждали предъявленные Хэрриоту и Рэли обвинения в атеизме, а также различные вопросы математики и естественных наук. В 1590 Хэрриот послал Ди копию одного из своих трудов с надписью «Моему дорогому другу».

В течение нескольких лет Ди пытался добиться назначения на какой-нибудь пост и компенсировать материальные потери, понесенные за время путешествий с Келли. Сперва он добивался назначения на должность Магистра Креста Святого Иоанна. Его прошение было одобрено Елизаветой, при условии, что свое согласие даст также архиепископ Кентерберийский. Однако тогдашний архиепископ Джон Уитгифт так и не дал своего одобрения.

В 1592 году (по другим данным – в 1596 году) Ди, наконец, был назначен ректором Колледжа Христа в Манчестере. Однако он с трудом справлялся со своими обязанностями, поскольку находившиеся под его началом коллеги не желали подчиняться «злому волшебнику». Вполне возможно, что Елизавета назначила Ди на этот пост в первую очередь для того, чтобы удалить его из Лондона.

В 1605 в Манчестере разразилась чума, унесшая жизни жены Ди и нескольких его детей. Ди переехал в Лондон, где и умер в бедности в конце 1608 или в начале 1609.

 

Примечания и источники:

1.    Джон Обри (англ. John Aubrey, 1626—1697) — английский писатель и антиквар, известный в первую очередь как автор занимательных биографий великих англичан, а во вторую — как первый исследователь многих британских древностей, включая Стоунхендж.
2.    Голландский физик и математик Гемм Фризиус в 1544 году от Р.Х. 24 января первым в истории наблюдал солнечное затмение при помощи камеры-обскуры.
3.    Герхард Меркатор (лат. Gerhardus Mercator); 5 марта 1512(15120305), Рупельмонд — 2 декабря 1594, Дуйсбург — латинизированное имя Герарда Кремера  (и латинская, и германская фамилии означают «купец»), фламандского картографа и географа.
4.    De Vita Propria (The Book of My Life). — New York: New York Review of Books. — P. viii.
5.    Роберт Рекорд (около 1510—1558) — уэльский врач и математик. Известен, в частности, тем, что в 1557 году предложил использовать в математике знак равенства.
6.    Эта работа была переведена на русский язык, существует в электронном виде: http://teurgia.org/index.php?option=com_content&view=article&id=40:2010-01-12-03-27-53&catid=70:2010-01-15-05-58-14&Itemid=94
7.    Олег Николаевич Барабанов - кандидат исторических наук, профессор кафедры мировых политических процессов факультета политологии МГИМО. В его работе «Джон Ди: Влияние на мировую политику» представлены интереснейшее и подробнейшее исследование данного вопроса. Статья размещена на сайте Teurgia.Org, по ссылке: http://teurgia.org/index.php?option=com_content&view=article&id=373:2010-06-17-13-51-51&catid=21:2009-12-21-14-49-11&Itemid=32
8.    Сэр Мартин Фробишер (англ. Martin Frobisher; 1535 или 1539, Олтофтс, Йоркшир — 22 ноября 1594, Плимут) — английский мореплаватель и пират, совершивший три экспедиции к берегам Северной Америки. Участвовал в разгроме Непобедимой Армады.

Портрет Э. Келли взят из книги "A True & Faithfull Relation of What paffed for many Yeers Between Dr. John Dee", Meric Casaubon D.D.

© Составлено по мотивам Зодческой Работы Baal-Hiram, 2010 год.

Беседы и наставления монахам — Иоганн Тритемий

 

† † †

 

Беседы и наставления монахам

Иоганна Тритемия

Аббата Спонгеймского (Spanheimensis), впоследствии Вюрцбургского (Herbipolensis)

Беседы сии размещены в двух книгах,
первая из коих называется «Проповеди (Homiliae)», вторая – «Беседы (Sermones)».

Во имя Господа нашего Иисуса Христа

начинается

Книга первая Наставлений монахам

 

О духовной брани Монахов. Проповедь I


В брани Христиан и, в особенности, Монахов братьям надлежит претерпевать различные бедствия мира сего, и, как злато в горниле, непрестанно закаляться, будучи испытуемыми в угнетениях. Монахам же во брани Христовой предстоит прейти от устоев мирского общества к более возвышенному образу жизни, прекратив следовать не только законам господ, но также и помыслам. Монахам должно глубоко презреть богатства, почести и все удовольствия нынешнего мира ради любви Бога и подняться выше плотских страстей, присно посвящая себя одному лишь Богу. Ибо действительно, Монахом называется тот, кто словно бы пребывает один, в уединении от целого, даже самим именем своим нарицательным напоминая об отвержении мира1. Итак, долг Монаха состоит в том, дабы, утвердившись в уединении, хранить себя чистым и очищаться от пороков и превыше всего питать сладчайшую любовь ко Христу. Цель же монахов, к коей устремлено устроение их устава, есть Христос, и если кто отказывается уподобляться Ему, тот не только не Монах, но и не христианин. И потому, братие моя, мы обязаны знать, что, ежели кто-либо, называющий себя христианином или Монахом, не следует в праведном терпении и смирении Господу и Спасителю нашему, ничто не поможет ему спастись. Ибо воистину он есть тот, о коем говорится в Священном Евангелии: Не всякий, говорящий Мне: "Господи! Господи!", войдет в Царство Небесное, но исполняющий волю Отца Моего Небесного (Мф 7:21). Какова же есть воля Бога, святой Апостол указывает, говоря: Ибо воля Божия есть освящение ваше (1 Фес 4:3). Но для необходимого свершения завещанного нам от Него освящения требуется великое во всем терпение зол и смирение, ибо никто не свят своими силами. Надлежит нам, братие моя, иметь непрестанное размышление о нашем призвании, кое в наших собственных руках, дабы никогда не быть застигнутыми губительнейшей праздностью и в битве не оказаться побежденными врагом, коий ходит, яко рыкающий лев, ища беспечную и ослабевшую душу, дабы поглотить и погубить ее (1 Петр 5:8). Ибо есмы воины Божии супротив трех борющих нас противников, а именно: плоти, мира и диавола. Двоякая война и весьма тяжкий подвиг, в ту нас втягивает враг, а сему предает само наше естество. Подготовимся же к бою, братие дражайшая, облачившись в добродетели: ибо даже тот, кто украшен славой благих деяний, не является бесспорно защищенным от врага. Во-первых, укрепим себя непреложной Верой в Святую и Нераздельную Троицу: исповедание такого благоговейно преданного и искреннего ума и уст изгонит прочь все беззаконные бесовские ухищрения и ложь, и в конечном итоге враг отступит, пораженный и глубоко обессиленный. Также следует нам проникнуться наипламеннейшей Любовью к Богу и ближнему, коя для демонов превыше прочего страшна, в особенности, ежели она укоренена в истинном христианском Смирении. Не полагайтесь самоуверенно лишь на свою душу, ибо блаженным называется тот, коий присно имеет Страх Божий и благоговеен; а кто ожесточает сердце свое, чей ум бесстыден и дерзок, тот попадет в беду, падет во зло (Притч 28:14). Последуем же за Ведущим нас Христом, Коий в Евангелии говорит: Я есмь путь и истина и жизнь; никто не приходит к Отцу, как только через Меня (Ин 14:6). Теперь же, братия, поразмыслите усердно над тем, что было услышано вами из Священного Писания о Спасителе нашем, кто говорит, что пребывает в Нем, тот должен ходить так, как Он ходил (1 Ин 2:6). Но изначально Ему надлежало пострадать, претерпев бесчестье креста, и так войти в славу Свою (Лк 24:26), вдохновимся же сим и будем памятовать и мы, воины Его, как бы ни были недостойны, ибо многими скорбями надлежит нам войти в Царствие Божие (Деян 14:22). А посему Сам Господь, Царь вселенной, увещевает нас в Евангелии, говоря: «Кто хочет идти за Мною, отвергнись себя, и возьми крест свой, и следуй за Мною» (Мк 8:34). Вот как Христос явил нам путь к жизни вечной: Он, будучи Господом Небес и земли, ради нас уничижил Себя Самого, приняв образ раба, по Собственной воле, не по принуждению, принял на Себя нашу немощь, быв послушным Отцу даже до смерти, и смерти крестной (Флп 2:7-8). Итак, если же Господу всей вселенной сначала надлежало пострадать, несомненно, не является возможным, дабы и мы, Его неверные подражатели и ничтожнейшие грешники, не должны были много пострадать, и все, чему подвергаемся, терпим мы справедливо, по нашим заслугам. Ибо никто не приидет к славе Небесного града, ежели не будет сперва оправдан от грехов своих, но внегда многим скорбям надлежит быть у праведных, то никоим образом не может быть праведным тот, кто отказался ради правосудия претерпеть невзгоды в мире сем. Итак, да уподобимся и мы, братие моя любезнейшая, в долготерпении и смирении Господу и Спасителю нашему Иисусу Христу, соделавшемуся человеком ради нас, Коий принял сие абсолютно по доброй воле, и в мире сем, никак не без горечи, был гоним. Ибо от часа Своего святейшего рождения вплоть до исхода Духа Своего из тела Он неизменно и с величайшим терпением пребывал в горечи нынешнего существования, ради нас, и ясное предвидение горечи будущих страданий никогда не ускользало из Его сознания. Егда же Бог, Иже Всемогущ, соделался человеком ради нас, Иже все знает, все разумеет, все предвидит, и притом ничто из того, что Он желает раскрыть, не может быть сокрыто, Он, дабы стать явным миру, сделался уязвимым, Бог, Коий присно остается неуязвимым и бесстрастным. Иже рожден же был от Девы Марии, без сношения с мужем, и после, дабы соблюсти закон, был обрезан в восьмой день, Иже не имел никоего греха, но был уязвляем за наши провинности. От лица преследователей младенец Сей ночью был унесен в Египет, и Тот, Кто есть Господь всего сущего, был беден и неимущ, семь лет жил в изгнании среди чужого народа. Наконец, все дни жизни Своей в мире сем Он терпеливейше пребывал в непрестанных трудах, и никогда не выказывал возражений, снося все невзгоды во славу Отца. Ибо воистину, Он, праведный и невинный, по доброй воле претерпел все тяготы и мучения вместо нас, недостойнейших, и горчайшею смертию крестной искупил нас от погибели вечной, и Своею собственной кровью милосердно воссоединил нас с Отцом. Итак, как Христос пострадал за нас плотию, как увещевает Первый из Апостолов, то и вы, братие моя, вооружитесь тою же мыслью (1 Петр 4:1): дабы мы, сострадая Невинному, усердно удерживали и обновляли в памяти своей то, что Он перенес ради нас. Воистину, ежели терпим вместе, то с Ним и царствовать будем (2 Тим 2:12), торжествуя во славе. Глядите же, как Христос призывает нас, Коий первый пришествовал к Славе и дал нам оружие, коим Он Сам первый же одолел князя мира сего, предначертав образ, коим воин Царя должен следовать к Венцу. Христос зовет своих воинов к Небесному чертогу, тяготы коих Он низводит сопутствующими дарами добродетелей, и победители удостаиваются награды - воцариться с Ним вовеки. А посему брань нашу, братие дражайшая, ведите непрестанно и усерднейше, нам следует немедля объявить войну порокам и вожделениям, якоже плоть борется супротив духа, такоже и мы с неусыпной бдительностью должны сражаться в молитве и посте супротив склоняющего к порокам. Ибо доколе живем в мире сем, мы устранены от Господа (2 Кор 5:6), и словно борец, подвизающийся на ристалище, мы преодолеваем неизбежное течение жизни в непрестанной борьбе. Но мы сражаемся не своими силами, а поддерживаемые состраданием нашего Царя, Коий сказал Своим подражателям в святом Евангелии: без Меня не можете делать ничего (Ин 15:5). И о боях брани, нам предстоящей, равно как и о том, что от нее невозможно уклониться, говорит Он в ином месте: «В мире будете иметь скорбь; но мужайтесь: Я победил мир» (Ин 16:33). И как мы знаем, что Господь Иисус всегда присутствует в мире сем младшими служителями своими, так и в Апостолах Он обещает нам: «Се, Я с вами во все дни до скончания века» (Мф 28:20). Получив такое обещание опеки, о воины Христовы, братие моя любезнейшая, отчего же колеблемся? Почему не стоим мужественно супротив надменности мира сего? Имеем Царя и Защитника нашего, всегда пребывающего с воинами Своими, и, несчастные, страшимся вести бой супротив немощного врага, коий не может одолеть никого, кроме тех, кто сдается ему по своей воле? Препоясайтесь, молю вас, на непобедимую брань Христову, на кою вы изъявлены двояким обетом: первым, егда в источнике святого крещения отрекаетесь от Сатаны, присягаете в словах христианского учения, вторым же, егда торжественно облекаетесь в монашеское одеяние. Великая нужда преуспеяния обязывает вас восполнять ваш обет необходимым рассуждением, ибо подобно тому, как значение звания христианина предписывает должным соблюдение Евангельских заповедей, такоже и обет, что приносится по доброй воле, требует хранения правил монашеского устава. Кроме того, нам для спасения уже не является достаточным только исполнять предписания, кои установлены христианам для соблюдения в миру, но еще и усерднейше соблюдать правила монашеской жизни, в соответствии с нашим обетом. Воздавайте обеты, как говорит Писание, и делайте (Пс 75:12). И вот в ином месте повторяет: «Когда даешь обет Богу, то не медли исполнить его, потому что Он не благоволит к глупым: что обещал, исполни» (Еккл 5:3). Также и святой Августин увещевает нас касательно необходимости выполнения обещаний, даваемых Богу, говоря: «Есть то, что мы еще не обещали Господу, но обязаны, и есть то, что, ежели не пообещали, не обязаны. Но после того как пообещаем сие Господу, связываемся необходимостью исполнить». Так что, братие моя, прошу вас, тщательно обдумывайте то, в чем будете давать обет Господу Богу вашему, и, оказавшись во власти необходимости выполнения обещания, будьте основательны и ревностно воздавайте должное. Ибо вы даете обет Богу вашему, не человеку, обет послушания и обращения ваших нравов, в согласии с уставом нашего святейшего законодателя Бенедикта, и непоколебимой верности и стойкости в сем религиозном ордене. Повиноваться же, как обещали Богу, вам нужно его заместителю-человеку, коий в монастыре несет службу Христову соответственно уставу, коий вы заявляете, что изучили. Касательно же обращения нравов, каковыми им следует быть согласно уставу, вы можете посмотреть в ясно представленной четвертой главе об орудиях благих деяний2, в коей вы найдете вкратце изложенную сумму всех монашеских подвигов. Действительно, относительно того, что духовный отец наш заповедовал делать послушникам, все вы слышали, и не находитесь в неведении по поводу коего-либо из ваших действий по вступлении в несение своего обета. Ибо так сказано: «Посвящаемый же в воззвании пред всеми должен дать обет своей верности, и обращения нравов своих, и послушания, пред лицом Бога и Святых Его, и ежели когда-либо поступит иначе, то должен знать, что будет осужден Богом, Коего обманул». Итак, смотрите же, братие, в какую великую необходимость соблюдения устава вы возводитесь: ибо ежели не будете исполнять своей работы, в чем вы клялись при принятии монашеского облачения, не пред слугой Бога, не пред другом, не пред монахом, но лукавствуя пред лицом Всемогущего Бога, - быть вам осужденными. А посему неизменно памятуйте о том, что предписывает ваш устав, и далее об обещании устроения ваших нравов, и трудитесь, как истинные воины Иисуса Христа, непрестанно бодрствуя в страхе Божием, ибо как говорится в Писании, если кто не удерживается тщательно в страхе Господнем, то скоро разорится дом его (Сир 27:3). Поразмыслите же о призвании вашем, ибо Господь призывает вас не к праздности, не к наслаждениям мира сего, равно как и не к следованию плотским желаниям, но, скорее, к непрерывному труду, к воздержанию от всех удовольствий и неустанному умерщвлению плоти по образу Распятого, дабы носили вы в сердцах ваших Его стигматы. Ведь вы уже возложили руки ваши на плуг священного Небесного земледелия, с коим нам заповедано пребывать в непрестанной работе и не только никогда не озираться назад3, но, тяжело дыша, всегда продвигаться вперед от добродетели к добродетели до самой верхней ступени совершенства. Ибо жизнь монаха есть не что иное, как избегание людского общения и деятельное преуспеяние наедине с одним лишь Богом, в томлении пламенной любви. О сем говорится в Писании: Благо человеку, когда он несет иго в юности своей, сидит уединенно и молчит (Плач 3:27-28), ибо будет спасен чрез него. Потому как, ежели желаете быть совершенными, кои обязались любить совершенство сообразно принципу устава, приступайте к ведению образа жизни, коему учил Христос, и ежели вы уже презрели все ради Его любви, не нерадите побороть, превзойти и смиренно презреть также и вас самих. Ибо раб Христа не имеет ничего, кроме Христа, ничего не любит, ни о чем не печется, ничего не ищет, кроме Христа, дабы иметь возможность быть совершенным и угодным Ему, на брань Коего присягнул по доброй воле. Монах же, коий держится за что-либо, кроме Христа, не может быть совершен, ибо истинная Любовь не разделяется, не обращается в ином направлении, как ум истинно единится в противоположностях. Посему Господь говорит: «Если хочешь быть совершенным, пойди, продай имение твое и раздай нищим; и будешь иметь сокровище на небесах; и приходи и следуй за Мною» (Мф 19:21). А ведь мы, братие возлюбленная, уже, как я уповаю, оставили мир и все, что имели в мире сем, не только все вещи мира, коими обладали или могли бы обладать, но и отказались иметь желания и идем к сей киновии божественного покровителя Мартина, в коей есть великая бедность в вещах преходящих и богатства лишь те, коими одаривает нас сие место, где нельзя найти побуждений к жадности. Воистину, как не самые муки делают мучениками, но правое дело4, так и не бедность бедного делает блаженным, но добровольное терпение в сей бедности ради любви Христа. Ведь Господь в Евангелии не каких угодно нищих объявил блаженными, коим будет даровано Царство Небесное, но предрек, что лишь нищие духом, как нам известно, могут быть блаженны (Мф 5:3). Ибо презрения богатств не достаточно для Спасения, ежели раздающий золото не старается также всеми силами чрез терпение и смирение неизменно подражать Спасителю. Действительно, легче презреть мир, нежели отвергнуться и отречься себя самого. Однако же, кто бы ни пожелал уподобиться Сыну Божиему и стяжать Евангельское совершенство, надлежит тому стать презревшим не только мир и вещи преходящие, но даже и самого себя. В самом деле, Спаситель говорит в Священном Евангелии: «Кто не отрешится от всего, что имеет, не может быть Моим учеником» (Лк 14:33). И сие мы не должны считать достаточным для совершенства, потому как Он снова заявляет о собственном отвержении, говоря еще более ясно: «Если кто хочет идти за Мною, отвергнись себя, и возьми крест свой, и следуй за Мною. Ибо кто хочет душу свою сберечь, тот потеряет ее; а кто потеряет душу свою ради Меня, и Евангелия, тот сбережет ее» (Лк 9:23-24). Христос был послушным Отцу даже до смерти (Флп 2:8), и ежели вы желаете Ему уподобиться, как обещали, необходимо вам, братие, самих себя отречься. Воистину, не может быть Монахом тот, кто прежде в целом не отсек своей частной воли. Вам, кои пред Богом и всеми Святыми Его дали обет впредь жить по монашескому уставу, не позволительно в последующем исполнять свою волю, ибо то, что единожды было посвящено Богу, паче не возвращается в человеческое пользование. Вы же должны служить не самим себе, но Царю Христу, так что ни решать, ни отказываться не в вашей власти. Ибо вы умерли, как говорит святой Возлюбивший Христа (Christophilus), и жизнь ваша сокрыта со Христом в Боге. Когда же явится Христос, жизнь ваша, тогда и вы явитесь с Ним во славе (Кол 3:3-4); и ежели жаждете пребыть с Ним в радости без конца, должно вам ныне, во время сие, вести неустанную битву ради Его любви. Ибо никто не будет увенчан со Христом, окромя тех, кои законно упорствуют в подвиге вплоть до самого конца, и не одержать победу тем, кои не могут упорствовать5.

 

Примечания переводчика:


1. – От греческого  μοναχός  - «одинокий».
2. – «Regula Benedicti», с. 4: Quæ sunt instrumenta bonorum operum («Устав Бенедикта», гл.4: Каковы суть орудия благих деяний).
3. – Ссылка автора на Лк 9:62: «Но Иисус сказал ему: никто, возложивший руку свою на плуг и озира¬ю¬щийся назад, не благонадежен для Царствия Божия».
4. – Св. Августин Аврелий.
5. – Ссылка автора на стих 2 Тим 2:5: «Если же кто и подвизается, не увенчивается, если незаконно будет подвизаться».

 

Перевод с латыни © Арафель для Teurgia.Org, 2012 г

Генрих Кунрат — биография, автор Eric Midnight

 

Генрих Кунрат

 

 

Генрих Кунрат (Heinrich Khunrath) (родился ок. 1560, в Дрездене, умер в в Лейпциге (по другим сведениям, так же в Дрездене) 9 сентября 1605) - немецкий Розенкрейцер, алхимик, герметический философ, занимал должность врача при дворе императора Рудольфа II. Наиболее известная из его работ - «Amphitheatrum Sapientiae Aeternae» («Амфитеатр Вечной Мудрости»).

 

Генрих Кунрат - фигура настолько интересная с точки зрения Розенкрейцерства, что при изучении данного вопроса его не просто невозможно, но даже преступно было бы обойти вниманием, и не изучить его работы.

Рубен Суинберн Клаймер, один из основателей FUDOSI (Всемирной Федерации Орденов, Братств и Обществ Посвященных), в своей книге «Книга Розы-Креста», том I, называет Кунрата со-основателем Fraternitas Rosæ Crucis и членом Ордена Розы. Артур Эдвард Уэйт отмечает, что его прозвали «иерофантом духовной стороны Magnum Opus», а Фрэнсис Йейтс считал его связующим звеном между философией Джона Ди и Розенкрейцерством. Очевидно, связь с Джоном Ди здесь проводится по той причине, что во время совего пребывания в Праге при дворе Рудольфа II Генрих Кунрат имел тесное общение с Джоном Ди, и в последствии в своих более поздних работах весьма лестно отзывался о нем.

«Генрих Курнат родился в семье людей нам безвестных в Саксонии, что в Германии, 7 января 1560 года. О ранних годах его жизни отсутствуют какие-либо записи. В семнадцать лет он отправился в путешествие, на что его подталкивало внутреннее побуждение, как объяснял он своим близким друзьям; путешествие, которое заставило его обойти большую часть Германии. Во время этих странствий он имел общение со многими людьми, вовлеченными в изучение Каббалы, соединенной с Алхимией. Он также ознакомился с доктриной Парацельса, и в результате поступил в Базельский Университет в возрасте двадцати одного года. Тем не менее, его изучение медицины было внезапно прервано, поскольку он непрестанно занимался тщательным исследованием Тайной и Алхимической науки, однако в двадцать восемь лет он окончил Университет1 и получил степень доктора медицины. Он практиковал занятия медициной в Гамбурге и Дрездене со значительным успехом, хотя его медицинская практика, так же, как и его обучение в Университете, была внезапно прервана по причине его великой любви к Оккультному и различным его аспектам.

Кунрат стал известен своим коллегам как страстный искатель духовной стороны Magnum Opus, а также как Христианский Каббалист. Он исследовал и проводил эксперименты с помощью средств, подобных теориям Парацельса, которого он полагал своим Иерофантом, и величайшим среди Мастеров».

Р. Суинберн Клаймер «Книга Розы-Креста». Том I

 

 

 

 

Последователем Парацельса Кунрата признает и Артур Эдвард Уэйт («Жизни Алхимических Философов») Причем учение Парацельса здесь в первую очередь характеризуется Божественным посвящением, которое удостаивает посвященного Мудрости. Уэйт отделяет Кунрата от всех прочих Алхимиков, уделом которых была Алхимия материальная, цель которой заключается в трансмутации неблагородных металлов в золото на физическом плане. Таких горе-алхимиков, которых называли «суфлерами» (от слова «суфль», дуть), которые со всем старанием дули в меха алхимического горна, чтобы поскорее получить долгожданный результат, настигали лишь неудачи, порой оканчивающиеся весьма плачевно.

Соприкосновения Кунрата с Джоном Ди и Телде, а также и с убеждениями Парацельса, навели его на мысли о развитии Христианизированной естественной магии, которая позволила бы отыскать тайную первоматерию, которая приведет человека к вечной мудрости. Христианизированный взгляд в исполнении Кунрата характеризовался его приверженности Лютеранскому богословию. Кроме того, он придерживался того взгляда, что эксперимент и наблюдение необходимы для практических алхимических изысканий. Книга Кунрата «Amphitheatrum Sapientiae Aeternae» обладала важным значением в Лютеранских кругах. Джон Варвик Монтгомери отметил, что Иоганн Арндт (1555 - 1621), влиятельный автор Лютеранских книг, посвященных пиетизму и набожности, составил комментарий на «Amphitheatrum». Некоторые из идей, содержащихся в его работах, являются Каббалистическими по своей природе, и предвещали появление Розенкрейцерства.

Целью Кунрата было обретение внутреннего, духовного золота, и самого себя он полагал адептом Духовной Алхимии. Духовная Алхимия же состоит из множества стадий, и сложный путь этот приводит к духовному совершенству.

 

 

«Среди скопления интересующихся и шума, создаваемого мнимыми исследователями, постепенно расцветала, поднимаясь до заслуживаемого ею положения, современная школа просвещенных, которые, взяв на вооружению терминологию turba philosophorum2, под предлогом алхимических занятий, похоже, сокрыли более возвышенную цель. Главным представителем данного направления конца шестнадцатого столетия был Генрих Кунрат, а работа, в которой в достаточной мере выражены принципы этого направления, называется «Amphitheatrum Sapientiæ Æternæ». Данные авторы направляют студента в сторону от искания материального золота ради раскрытия вечных и исключительно духовных сокровищ, и притязают на то, что могут предоставить мистический ключ, или Introitus apertus3 в «закрытый Дворец Короля», в котором содержатся эти сокровища. Физическая трансмутация, единственная и высшая цель практического алхимика, становится совершенно незначительной; однако, адепт способен ее совершить, и она представляет собой ориентир в его высшем развитии. Отрицая материальную теорию даже для такого низшего процесса, они заявляют, что его достижение невозможно для бездуховного человека, и, подобно тому, как ими используется алхимическая терминология в преобразованном виде, так же и метафизическая терминология, похоже, была принуждена послужить концепции, значительно превышающие понятия, обычно передаваемые такими словами, как «мудрость», «духовность» и т.д.»

(А.Э. Уэйт «История Розенкрейцеров». Глава 1. «О положении мистической философии в Германии в конце шестнадцатого столетия».)

 

«"Amphitheatrum Sapientiæ Æternæ solius veræ, Christiano Kabbalisticum divino magicum, &c.", опубликованная в формате ин-фолио в 1609, - наиболее любопытная и примечательная из его работ, некоторые из которых до сих пор остаются в виде рукописи. (Шосепье, "Словарь" (Chausepié, "Dictionnaire")) Она не была окончена ее автором, и появилась четыре года спустя после его кончины, с предисловием и заключением за авторством его друга Эразма Вольфарта».

(«Жизни Алхимических Философов: основаны на материалах, собранных в 1815 году». А.Э. Уэйт)

Данное сочинение Кунрата написано на латыни и посвящено мистическим аспектам искусства Алхимии. Впервые данная книга была опубликована в 1595 в Гамбурге. В ней были выполнены четыре круглые, детально продуманные гравюры, раскрашенные вручную, с золотыми и серебряными элементами, сначала нарисованные Кунратом, а затем непосредственно сделанные в качестве гравюр Пауллюсом ван дер Дортом. Данная книга стала более доступной в новой расширенной версии, в которую были добавлены несколько других гравюр, изданной посмертно в Ганау в 1609. «Amphitheatrum Sapientiae Aeternae» - классическая работа по алхимии, в которой сочетаются Христианство и магия. На гравюрах, опубликованных в новой версии, изображены Герметический Андрогин, Лаборатория Алхимика (или «Первая стадия Великой Работы», как ее также называют), Адам-Ева в словесном треугольнике, Пентаграмматическая Роза-Крест, Семь ступеней святилища и семь лучей, Алхимическая Цитадель с двадцатью воротами и без выхода, Gymnasium Naturæ, «синтетический и весьма ученый рисунок под видом довольно бесхитростного пейзажа» («Очерки о проклятых науках» С. де Гуайты), Изумрудная Скрижаль, выгравированная на вулканическом и меркуриальном камне, а также Пантакль Кунрата.

Подробные комментарии на две из этих гравюр, а именно на изображение Пентаграмматической Розы-Креста и Герметического Андрогина, приведены в книге Станисласа де Гуайты «Очерки о проклятых науках». На всех гравюрах книги Курната сделаны подробные замечания по поводу их содержания, они имеют округлую форму, и второй, внешний круг гравюры всегда включает в себя дополнительные, весьма подробные сведения, готовые направить кандидата, обладающего должным пониманием и стремлением, к разгадке и глубокому осознанию их смысла.

Наиболее известной из гравюр является, пожалуй, «Лаборатория Алхимика», или, как называет ее Станислас де Гуайта, «Лаборатория Кунрата». На ней представлено воплощение Духовного Алхимика, или религиозного Мистика, находящегося на первой стадии Великой Работы, - то есть, обращающегося к Богу в своей молельне (oratorium). Напротив шатра-молельни располагается лаборатория (laboratorium).

 

 

«Многочисленные надписи на гравюрах в некоторых случаях носят разъяснительный характер, но главным образом обладают мистическим значением. На шатре буквами иврита написано Имя Господа, на его левой части значится надпись на латыни: «Hoc Hoc agentibus nobis, aderit ipse Deus» (Когда мы внимательно следим за своей работой, Сам Бог помогает нам.).

Алхимик, стоящий на коленях, это сам Кунрат, или же любой иной алхимик. Во время молитвы его взгляд обращен к Пентаграмме, символу Пифагорейцев. Возможно, он молится в духе Джорджа Рипли: «О Единство в веществе, и Троица в Боге! Как сотворил Ты все вещи из ЕДИНОГО Хаоса, позволь мне быть столь искусным, чтобы я мог развить наш Микрокосм [Философский Камень] из ЕДИНОГО вещества в его трех аспектах: Магнезии, Сере и Меркурии». Важность, которая придается музыке, гармонии, числу, а также пропорциям в операциях Великой Работы, уже означенной символом Пентаграммы, подчеркивается музыкальными инструментами, а также парой весов, стоящих на столе, что расположен в центре; кроме того, в прилагающейся надписи на латыни указывается, что духовная музыка рассеивает печаль (или алхимическую меланхолию) и злых духов. На потолок прикреплена лампа в виде звезды с семью шариками, каждый из которых испускает небольшое пламя. Они означают семь главных Операций Алхимии.

На изначальном рисунке лаборатория украшена множеством надписей. «Nec temere, nec timide» (Ни опрометчиво, ни робко) и «Sapienter retentatum, succedet aliquando» (То, что было с мудростью опробовано снова, однажды принесет успех). Две внешних колонны, поддерживающие свод над алхимической печью обладают символическим, так же, как материальным значением, поскольку на них написаны слова «Ratio» (Разум) и «Experientia» (Опыт). Даже небольшой перегонный куб и атанор (печь), изображенные на переднем плане, носят на себе мистические надписи. Атанор, в котором содержится сосуд Хеннеля со шкалой, которому, вероятно, еще предстоит «стоять на Огне», по крайней мере, в течение месяца, многозначительно помечен надписью «Festina lente» (Спеши медленно).4 Над дверным проемом в дальнем конце помещения написано «Dormiens vigila» (Во время сна будь бдителен). Ряд из одиннадцати флаконов для реактивов, поставленных на навес данной изысканной лаборатории, означен такими уместными надписями, как «Hyle» (примордиальная материя), Ros celi (небесная роса), «gold potab» (питьевое золото), «Azoth» (Меркурий Философов), а также «Sanguis draconis» (кровь дракона)».

(«Истолкование гравюры "Лаборатория Алхимика"», Джон Рид)

Однако, в эссе Джона Рида, из которого взят вышеприведенный отрывок, дальше следует сравнение «Лаборатории Кунрата» с алхимической кельей, «сооруженной, согласно Виктору Гюго, Епископом Хью де Безансоном, в одной из древних башен Нотр-Дам де Пари в начале четырнадцатого столетия». Такое сравнение, конечно же, возможно совершить лишь для того, чтобы показать, насколько по духу отлична Лаборатори Кунрата от алхимической кельи Хью де Безансона:

«Виктор Гюго, в 1482 году описал ее как «мрачную, тускло освященную келью», покрытую пылью и паутиной, в которой хаотично располагаются компасы, перегонные кубы, колбы, реторты, скелеты животных, рукописи, а также всевозможные обломки и выброшенный за ненадобностью груз практика алхимии. Стены кельи были покрыты словами из легенд, написанных на разных языках и разными буквами, а также надписями на латыни, такими как «Unde? Inde?» (Почему? Следовательно?); «Homo homini monstrum» (Человек - чудовище в отношении людей); Sapere aude (Дерзай знать); а также рифмы на латыни, такие как «Nomen numen» (Имя, знак Божественного могущества) и «Astra castra» (Звезды, фортуна). По его описаниям, «вся комната исписывалась по множеству раз изображениями звезд и треугольников, людей и животных, до тех пор, пока потолок не стал похож на лист бумаги, по которому обезьяна волочила ручку, полную чернил». Даже на мехах имелась надпись «Spiro spero» (Дышу, надеюсь), любимый девиз алхимического братства, который, очевидно, представляет собой укоренившуюся в веках хвалу этому алхимическому инструменту».

В то время, как Духовная Алхимия полагает обретение человеком Мудрости, разумеется, адепт Духовной Алхимии не может допустить, чтобы зайти в подобное плачевное состояние для своего разума, чтобы исписать подчистую свою комнату, поскольку это, без сомнения, в подобной форме уже является признаком безумия. Напротив, Благоразумие представляет собой одну из Богословских Добродетелей. Конечно, Лаборатория Кунрата вовсе не мрачна, но словно пропитана Божественным Светом, который есть Вездесущ, но просто сокрыт от глаз человека, павшего в материю.

Как пишет Артур Уэйт в «Жизни Алхимических Философов»:

«Во вступлении (к «Amphitheatrum Sapientiae Aeternae» - прим. перев.) кандидата направляют к величайшему храму вечной мудрости, чтобы познать Бога и Иисуса Христа, которого Он послал, познать также и себя, и тайны макрокосма. Весь трактат истинно мистический и магический. Семь ступеней, ведущих ко вратам вселенского знания, описаны в эзотерическом комментарии на некоторые части Мудрости Соломона. Lapis philosophorum5 утверждается тождественным Руах Элоhим, который носился над водою во время первого периода творения. Руах Элоhим называется vapor virtutis Dei 6, и сокровенной формой всех вещей. Совершенная форма достигается через Христа, и, обратно, обладание этим сокровищем дарует познание Христа».

По словам Рубена Суинберна Клаймера:

«Здесь пребывает Мудрость не одного только Соломона, но всех Посвященных. В одно и то же время это чрезвычайно просто для тех, кто искал, и нашел Свет, и также покрыто совершеннейшей тьмой для тех, кто не смог проникнуть за завесу Храма.

Христос есть сокрытая тайна. Эта тайна не может быть раскрыта до тех пор, пока человек самостоятельно, посредством величайшего желания и непрерывных поисков, не находит «склеп», в котором похоронен Христос, не отодвинет «камень», и не возвратит Христа к жизни, т.е. к Выраженности или Просвещению, Свету.

Камень - это профан, плотский человек. Этот камень должен лишиться всех своих грубых граней, и быть хорошо сформированным, чтобы быть пригодным для Храма. Это совершается посредством трансмутации всех плотских желаний, страстей и мыслей. Такова, вкратце, работа Философского Посвящения, и когда попытки увенчиваются успехом, Кандидат становится Рыцарем Розы Креста, но не Розой Крестом.

Кунрат не использовал жаргон Алхимиков в той степени, в какой использовали его современные ему авторы, и его описание Великой Работы окажется понятным тем, кто не обладает должным познанием Аркана.

Он доводит до сведения Кандидата, что в первую очередь необходимо совершить очищение личного существа. Это требует трансмутации всех мыслей и желаний, чтобы студент избегал всех плотских поступков, не обладающих духовным основанием. До тех пор, пока это не совершено, невозможно раскрыть зрение, чтобы узреть Бога. Узреть Бога, конечно же, возможно только тогда, когда человек стал настолько свободен от явных зол, что божественное внутри него, Христос или Душа, в достаточной мере пробудилось, или обрело Выраженность, и было бы способно проявиться в Свете, или же как Свет. Для профана данное утверждение, не смотря на то, что оно совершенно просто и ясно, прозвучит, как жаргон древнего Алхимика.

После этих эзотерических слов Кунрат совершенно ясно, для себя, говорит нам, что «чувства должны быть дистиллированы». То, что они должны быть «дистиллированы», не означает, что чувства должны быть уничтожены, но что они должны быть, с одной стороны, очищены, и, с другой, должны находиться в подчинении или же под контролем.

Говоря словами Библии, это означает: «Остановитесь и познайте, что Я - Бог». Лишь тогда, когда чувства бездействуют, негромкий глас Бога может быть услышан, и так Он может быть познан.

В бездействии Души, т.е когда страсти усмирены, и не ощущаются, может явиться освящение, и вслед за ним является Просвещение.

Это и есть проявление Огня или Света Души; так нисходит Святой Дух, и человек становится Храмом Розы Креста Святого Духа.

Путь достижения сего возможен только посредством изменения. Когда изменение происходит в направлении духовного, оно является видом трансмутации. Чувства, т.е. плотские желания, подлежат изменению, с помощью желания возвышенного и духовного мировоззрения, для достижения таких священных эмоций, как любовь, чувство близости, великодушие, прощение и искреннее милосердие.

Эти благотворные эмоции являются «работником», обтесывающим грубые грани «камня», до тех пор, пока он наконец не станет ровным, «квадратным» и гладким. Тогда будет выражен Христос посредством Алхимической Трансмутации.

На протяжение этой «работы» Бог должен стать побуждающей Силой. Под «Богом» подразумевается все благое, что есть в человеке. Все добродетельные эмоции, подобно уже перечисленным, являются теми силами, которые будут занимать место плотских, злых, разрушительных желаний и страстей, до тех пор, пока Храм наконец не будет очищен, камень будет отодвинут, Христос воскреснет, Свет воссияет, Святой Дух снизойдет на Храм; и так человек становится храмом Святого Духа Розы Креста.

[...]

Кунрат предоставил ключ к Тайной науке для последующих авторов. Он указал путь к Философскому Посвящению».

 

 

 

 

Итак, в «Анализе Андрогина» Станислас де Гуайта пишет о душе, разрываемой потоками, четырьмя гибельными силами - Стихиями, и отчаянно пытающейся достичь центральной, сбалансированной точки. Душа, увлекшаяся за одним из Стихийных потоков, уподобливается элементальной природе. В ней настолько сильно выражается та или иная Стихия, что полностью перекрывает Дух, который и является той самой спасительной точкой. Именно он в символе Пентаграммы способен одухотворить Четыре Стихии и спасти их, таким образом, от бесконтрольности, которая весьма опасная как для самого человека, так и для Стихийных Духов, которые не удостоились одухотворения. По этой причине, пожалуй, взгляд Алхимика с гравюры Кунрата устремлен к Пентаграмме во время его молитвы к Богу.

Таково величайшее наследие Генриха Кунрата, дух которого был неким образом воскрешен в сочинениях Элифаса Леви, который далее передал это вдохновение таким представителям Французской Оккультной Школы, как Доктор Папюс (Жерар Анкосс), Станислас де Гуайта и Освальд Вирт.

Он покинул наш мир 9 сентября 1601 года, «всего лишь двенадцать лет перед тем, как его работа принесла плоды, и Fraternitas Rosæ Crucis7 стало известно миру трудами его оставшихся товарищей и их кандидатов».

Р. Суинберн Клаймер «Книга Розы-Креста». Том I

 

Примечания:

1. - Защитив двадцать восемь докторских тезисов. - прим. перев.

2. - Turba philosophorum, - «Собрание философов» - прим. перев.

3. - Introitus apertus - «Открытый вход». - прим. перев.

4. - «Festina lente» - «Спеши медленно», в значении «Не делай наспех» - прим. перев.

5. - Lapis philosophorum - Философский камень. - прим. перев.

6. - Vapor virtutis Dei - пламя добродетелей Бога. - прим. перев.

7. - Fraternitas Rosæ Crucis - Братство Розы Креста. - прим. перев.

 Составлено © Eric Midnight, Teurgia.Org 2010 г.


Back to Top